Иван Павлович Динченко

24
 

Иван Павлович Динченко

Химик-ядерщик

Автовокзал города Ялта. Мы стоим в очереди, чтобы купить билеты в Севастополь. На подоконнике около кассы лежит серая кошка. Она не боится людей, видно, что её здесь подкармливают и берегут. Я глажу кошку, и в этот момент к нам подходит дедушка со стаканом кошачьего корма в руках, начинает кормить кошку и попутно разговаривать с нами: «Она меня знает! У меня сорок кошечек таких по всему городу, каждый день кормлю их, они меня ждут. Раньше шестьдесят было, но некоторые куда-то разбежались. Еще сотни полторы голубей подкармливаю.»

Кошка быстро съела весь корм и начала мурлыкать и бегать вокруг дедушки, требуя добавки.

— Еще просит, но я ей не могу больше дать, там другие еще на улице ждут, не приду же я к ним с пустыми руками, — говорит дедушка, поглаживая кошку, — Сейчас корм дорогой, семь тысяч каждый месяц трачу на него из пенсии, еще рыбу иногда покупаю. Помою её теплой водой, чтобы оттаяла, и несу им, кошечкам очень нравится. Много денег уходит, ничего не скажешь, но это ничего, главное, что я двигаюсь всё время, если бы не эти кошки, помер бы давно, а так еще год-два проживу, гляди. Да и сколько же жить еще?

Лицо дедушки было покрыто глубокими морщинами, голубые когда-то глаза стали блекло серыми, его движения были медленными, но ощущения, что перед нами действительно пожилой человек, не было. В нем чувствовалось много энергии, его глаза горели, речь была четкой и умной, он был внимателен и очень активен.

— А сколько вам лет, и как вас по имени и отчеству? — спрашиваю я.

— Зовут меня Иван Павлович, а сколько мне лет, подожди, нужно вспомнить… Представляешь, так и не скажу сразу. В 46-ом году мне исполнилось 18 лет. Помню, что родители уменьшили мне возраст в документах, поставили 1928-ой год рождения, чтобы не забрали на войну, потому что 27-ой год призывали. Вот получается, что мне сейчас ровно девяносто лет, представляете.

Нашему удивлению не было предела. В свои девяносто он не прикован к постели, не сидит на лавочке возле дома, а свободно гуляет по городу и кормит кошек! Вот он настоящий подвиг и сила человеческого духа.

— А чем вы раньше занимались, до пенсии? — спрашиваю я.

— Целая жизнь за спиной, чем только не успел позаниматься. После школы учился в военном училище в Костроме, потом работал на Камчатке, там дочка родилась. Я военный, поэтому часто ездил по Союзу. На многих курортах был: в Сочи, на Кавказе, здесь в Крыму. Вообще по профессии я химик-ядерщик, поэтому за мной хорошо следили. За моим здоровьем точнее, потому что случись что, такие как мы, очень нужны были, особенно после аварии в Чернобыле. Я же её свидетелем был, одним из тех, кому удалось предотвратить еще более крупную катастрофу. Там же, на самом деле, был тепловой взрыв реактора, а не ядерный. Иначе бы последствия куда глобальнее были, но ничего, повезло, остановили вовремя. В последние лет десять занимал должность заместителя начальника гражданской обороны города Ялта, а в свободное время был солистом в хоре «Червона Калина», с ним тоже много поездили по стране и миру. Сейчас, правда, уже лет семь как не работаю, пять как не пою, вот и спасаюсь тем, что кошек кормлю. Да и куда я уеду, когда их сорок штук меня ждет каждый день, — рассказывает нам дедушка.

— А почему решили кошек кормить? — спрашиваю я.

— Когда все поняли реальную угрозу ядерного оружия, нам сказали узнать, какие дозы радиации смертельны, и как лечить людей от лучевой болезни. При аварии в Чернобыле, например, очень много людей погибло от радиоактивного заражения: это те, кто очень близко находился у реактора без защиты. Тогда же никто еще не понимал, с чем мы имеем дело. Люди лезли без всякой амуниции в эпицентр аварии, бетонировали саркофаг, да и времени не было ждать, жертвовали собой буквально. Мы начали проводить эксперименты, чтобы изучить влияние радиации и придумать медикаменты, которые бы помогли человеку выжить в таких условиях. Когда начали работать, встал вопрос, на ком эти эксперименты ставить, предлагали проводить исследования на всяких серийных убийцах, типа Чекатилы, который убил 54 человека, но государство, естественно, не разрешило, они же люди все таки… Не знаю, люди ли, но в итоге мы проводили эксперименты на кошках. Я не виноват, конечно, это не моя инициатива была, но животных погибло много. Результатом этих исследований стали аптечки АИ-2. Десятки миллионов таких аптечек были разостланы по всему СССР на случай ядерного загрязнения, чтобы люди могли ввести себе препарат и выжить. Вот почему я этих кошечек кормлю… А вы чего ждете, покупайте билеты скорее, а то закончатся, а я дальше пойду, — говорит нам Иван Павлович и собирается уходить.

— Иван Павлович, скажите, вы прожили такую непростую, но большую жизнь, что для вас в ней самое главное? Поделитесь с нами.

— Я вам одно скажу, нужно всегда быть в движении. Не ленитесь, не спите много и больше работайте, только без суеты. В доме, в котором я живу, шесть подъездов, возле каждого сидят старики лет на пять на десять младше меня. Когда иду гулять, всегда говорю им: «ну чего сидите, пойдемте прогуляемся к морю», а они в ответ: «нет, мы лучше посидим». Так и сидят, смотришь, два-три месяца проходит, один умер, потом другой. Смерть очень быстро приходит, когда видит, что ты бездействуешь, когда ты впустую расходуешь данное Богом время. Вообще упущение времени — это огромный грех. Поэтому не упускайте его, живите и будьте всегда в движении. Ладно, ребятки, я пошел, удачи вам!», — с доброй улыбкой на лице отвечает нам дедушка и уходит.

Мы благодарим его, покупаем билеты, садимся на автобус и уезжаем. В дороге я долго думал о том, насколько же важны в нашей жизни эти маленькие ритуалы, в которых на самом деле сосредоточено всё самое главное. Я вспоминал всех людей на моем жизненном пути, которые нашли в себе силы и направили свое внимание на что-то одно. Я вспоминал кондуктора трамвая, который создал домашний уют в салоне и каждый день приветствовал пассажиров с улыбкой и радушием — это его практика и его ритуал. Я вспоминал художника, который каждый день в течение многих лет приходит на одно и то же место и рисует одну и ту же картину, тем самым оттачивая свое мастерство, каждый раз стараясь увидеть новое в, казалось бы, изжитом себя сюжете. Ведь как говорит художник, жизнь река, и каждый день она новая. Я вспоминал мужчину из Владивостока, который каждый день приходит к морю, забирается на небольшую скалу в воде, ныряет оттуда, снова плывет к скале, забирается на неё и прыгает снова. И так каждый день по несколько часов уже в течении многих лет. И конечно, перед моими глазами стоял Иван Павлович и сорок кошек и сто пятьдесят голубей, которые каждый день ждут его.

Такие индивидуальные «ритуалы» этих по-настоящему мудрых людей могут показаться многим нелогичными и странными. Но здесь нет ничего странного — это работа над своим духом и концентрация своего внимания на одном моменте «здесь и сейчас», в котором, на самом деле, всё, что мы ищем. Когда наше внимание рассеяно на тысячи маленьких лучей света, направленных в разные стороны, мы не понимаем, куда двигаться — вокруг нас кромешная тьма, в ней мы не можем увидеть себя. Мы можем совершать сотни разных действий, пытаясь к чему-то прийти. Мы можем пытаться изменить мир, принести пользу людям, но мы всегда будем терпеть в этом фиаско, пока не осветим дорогу светом своей внутренней веры. А дорога к источнику этой веры лежит через работу над собой, через постоянное движение, через стремление стать совершеннее. Мир вокруг и внутри нас чудесным образом изменится, если мы каждый день неуклонно будем делать какое-то дело, пусть самое маленькое, как ритуал. Им у Ивана Павловича является эти ежедневные прогулки и подкармливание кошек. Для него это своеобразное искупление глубокого чувства вины за смерти животных, это проявление сострадания. Это ежедневная медитация, которая держит его сознание в чистоте: его внимание не гуляет, а сосредоточенно на одном, его дух здоров, и тело вынуждено подчиниться.

Фото и текст: Виталий Акимов

Нравится